Молкинс застонал.

- Давай не будем вдаваться в эти дебри. Когда я читаю философские сочинения, объясняющие жизнь, я чувствую себя на краю бездны. Если бы только нам удалось как-нибудь освободиться от Харта!

Грейсон мрачно улыбался.

- Ты что, еще не знаешь?

- Чего не знаю?

- У тебя есть при себе оружие?

Молкинс молча протянул ему игольно-лучевой пистолет. Грейсон взял его, приставил к своему правому виску и нажал на изогнутый спуск. Молкинс рванулся к нему, но было уже поздно.

Показалось, будто тонкий белый луч прошел сквозь голову Грейсона. Сзади в деревянной стене образовалась круглая, черная, дымящаяся дыра. Целый и невредимый, Грейсон стоял как ни в чем не бывало.

- Что нам делать, Билл? - спросил он с тоской.

- Мне кажется, нас держат про запас, так сказать, в резерве, - сказал Грейсон.

Он поднялся и протянул руку.

- Ну что ж, Генри, рад был повидать тебя. Давай будем встречаться здесь раз в год и сравнивать свои наблюдения.

- Но…

Грейсон улыбнулся. Улыбка вышла чуть принужденной.

- Крепись, друг. Разве ты не понимаешь? Ведь это самое крупное явление во вселенной. Мы будем жить вечно. Как видно, мы являемся вероятными заменителями на случай, если что-то пойдет не так, как надо.

- Но что же ЭТО такое? Что совершает ЭТО?

- Задай-ка мне этот вопрос через миллион лет. Может быть, тогда я смогу тебе ответить.Он повернулся и вышел из бара не оглядываясь.